Как сделать, чтобы дети не стали мишенью школьных стрелков?

Время от времени средства массовой информации доводят до нашего сведения ужасающие истории о стрельбе в американских и других заграничных школах. В них фигурируют десятки погибших и раненых. Одновременно у нас в России ведутся ожесточённые дискуссии о праве каждого здорового взрослого гражданина владеть огнестрельным оружием. Хотя у автора есть позиция по этому поводу, речь здесь пойдёт не о ней. Статья посвящена тому, как сделать так, чтобы даже при наличии разрешения, у подрастающего поколения не было мотивов приобретать оружие, а главное, использовать его. Чтобы ответить на поставленный вопрос, стоит разобраться, как дети доходят до жизни такой, что они становятся стрелками.

Представим себе робкого, застенчивого мальчика (обозначим его А), небольшого роста и вообще из тех, о ком говорят: не может постоять за себя.  И другого парня, Б, на голову выше ростом, или, как минимум, физически гораздо здоровее. Который вдруг понимает, что ему нужно что-то, что есть у А. И даже если у него самого есть, то пусть будет две, а у самого А не будет,- в конце концов, это его проблема. И Б предлагает А поделиться. По-хорошему. А если он не поделится, то ему сделают больно. И тогда он в результате всё равно поделится, просто это будет болезненнее. Если же Б при этом не встречает ни сопротивления, ни осуждения или негативного вмешательства со стороны, он понемногу втягивается, т.к. ему очень удобно получать от А то, что нужно, на халяву. Потом он также осознаёт, что может не только поживиться, но и развлечься. Последнее достигается, когда он обзывает и вообще всячески унижает А. Причём это унижение может выходить за чисто словесные рамки и быть сопряжено с причинением боли и телесных повреждений.

Естественно, А пытается найти выход из сложившейся ситуации. Однако не может справиться самостоятельно, а потому обращается за помощью к взрослым. Они же, даже самые близкие, в первую очередь родители, говорят ему: будь мужчиной! Ты должен уметь за себя постоять! Что воспринимается примерно так,  как если психиатр говорит пациенту: возьмите, наконец, себя в руки! Вот только дело в том, что если бы пациент мог взять себя в руки, то они, скорее всего, просто не встретились бы! По крайней мере, в таком контексте. Не зная, к кому ещё обратиться, мальчик просит о помощи учительницу. Попутно умоляя её не выдавать его. Она ему опять-таки советует «дай сдачи». После чего вяло отчитывает обидчика. Тот сразу же понимает «откуда дует ветер», и жертва получает новую порцию издевательств, а то и побоев. В результате обидчик получает уверенность в своей безнаказанности, а жертва практически теряет надежду.

Конечно, иногда приводят позитивный пример, как где-то отец мальчика-жертвы записывает его в секцию рукопашного боя, тот учится стоять за себя. Но если даже конкретный мальчик выиграет от этого, то это зачастую лишь вынуждает обидчика сменить объект издевательств, а то и приводит к эскалации насилия, вместо того чтобы исправлять порочный сам по себе подход к взаимоотношениям.

Так и растёт мальчик, считая школу и вообще детские коллективы чем-то вроде концлагеря, где его то и дело унижают, а иногда даже подвергают физическим издевательствам, напоминающим пытки. А в душе его, постоянно подкармливаемая гневом, зреет ненависть не только непосредственно к обидчику, но зачастую и к пассивным зрителям, с интересом наблюдающим, как над ним издеваются. Нет необходимости объяснять, чем чревата такая ситуация, особенно в связи с распространённостью тем насилия в СМИ и доступностью оружия. 

Что же можно сделать по этому поводу? Понять, что проблема действительно существует в конкретном случае. Для этого, помимо непосредственных бесед с учащимися, существуют измерительные инструменты – шкалы/опросники, относящиеся ко всем трём сторонам ситуации – обидчикам, жертвам и «зрителям» (роль последних не стоит недооценивать). Хотя эти инструменты адресованы в первую очередь специалистам, они дают возможность оценить обстановку с взаимоотношениями в коллективе и принять превентивные меры до того, как возникнет драматическая ситуация. (Упомянутые материалы можно найти на сайте «Хищники и жертвы среди нас» freak.sytes.net).

Каковы должны быть эти превентивные меры? Во-первых, это воспитательная и разъяснительная работа. Помогающая, в частности, обидчику осознать, что если он хочет продемонстрировать свою силу, ловкость, смелость и т.д., то это лучше сделать в спорте. И на организационном уровне в данном учреждении у него должна быть такая возможность.

Кроме того, должна быть создана соответствующая атмосфера, основанная на определённой позиции по отношению к издевательствам над товарищами. Потенциальный обидчик должен чувствовать, что попустительства не будет. Что в случае возникновения такой ситуации к нему будут применены серьёзные административные меры. Разъяснительная работа также должна вестись с «наблюдателями». Цель – формирование их отношения к происходящему, в рамках которого издеваться над товарищем не будет «круто» или «прикольно». Им следует понимать, что жизнь может повернуться по-всякому, а потому однажды и они могут оказаться в неприятной ситуации, где другие могут так же безучастно, а то и с ухмылками, смотреть на неприятные вещи, которые будут происходить с ними. А чтобы этого избежать, нужен определённый климат в коллективе, создание которого зависит от их позиции, от их действий здесь и сейчас.

Бессердечная и в то же время опасная иллюзия обидчика состоит в следующем: «Я сильнее его. Следовательно, он мне ничего не сделает. А потому я могу издеваться над ним, как захочу». Да, голыми руками, может, и не сделает, но… Автору на всю жизнь запомнилась история из его далёкой ранней юности. В соседней школе учились два парня с говорящими прозвищами: Мамонт и Куропатка. Когда у Мамонта было плохое настроение, или просто хотелось развлечься, он бил Куропатку по лицу. Ему нравилось смотреть, как тот плачет и корчится от боли, как у него начинает идти из носа кровь, как он сразу бежит в туалет умываться… Так продолжалось с первого по девятый класс. Попытки Куропатки как-то защититься не приносили удовлетворительных результатов. Он даже пытался есть какую-то смесь аминокислот для наращивания мышечной массы, что могло быть, мягко говоря, не очень полезно для здоровья. Однако у Мамонта, очевидно, всё равно мышечная масса была больше – на то он и Мамонт. И побои продолжались. Однажды, когда одноклассники оттаскивали слишком увлекшегося Мамонта от Куропатки, корчившегося на полу рядом с небольшой лужицей крови, они по неосторожности порвали новую рубашку Мамонта. «Это ты виноват, Куропаткин. Теперь ты умрёшь»,- не унимался Мамонт. И когда ему снова удалось уединиться с Куропаткой, его побои были особенно травмирующими и болезненными. А когда несколько минут спустя разгорячённый Мамонт наклонился к рукомойнику, чтобы попить воды, выпрямиться обратно у него уже не получилось. Подкравшийся сзади Куропатка собрал последние силы, чтобы всадить Мамонту нож под левую лопатку...

В данной ситуации мотивы были достаточно очевидны. И этот случай, увы, отнюдь не уникален. Особенно драматический оборот ситуация приобретает, когда используется огнестрельное оружие. Помимо широко известных случаев, имевших место в США, показательны слова бразильца Веллингтона Менезеса де Оливейры. Этот молодой человек наведался в свою бывшую школу, где застрелил 12 школьников и ранил 20, после чего покончил с собой. В видеозаписи, сделанной им за два дня до инцидента, он сказал: «наша борьба направлена против жестоких людей… использующих доброту и слабость тех, которые неспособны за себя постоять».

Жертвами издевательств оказываются не только юноши. Вот что пишет в своём дневнике Мишель из США: «Я никогда никому не рассказывала об этом, пока мне не исполнилось 18. Я не думала, что кому-то будет до этого дело. В школе над детьми издеваются каждый день. Школе нет до этого дела. Из-за них меня унижали 5 долбаных лет. Я хотела умереть. Я хотела, чтобы мир закончился. Я хотела убивать. Нет, я не сумасшедшая. Я надеюсь, те, кто пережил подобную ситуацию, способны это понять. Я на самом деле восхищаюсь такими людьми, как Натан Феррис и Джейсон Майкл Смит, которые расстреляли и убили своих притеснителей (и которые перед этим по несколько лет терпели издевательства). Натан впоследствии покончил с собой...»

Ей вторит девушка из Австралии: «В школе ты узнаёшь много нового – о страхе и жестокости, о ненависти и предательстве».

Но с обидчиком стоит говорить не только о возможных негативных последствиях издевательств и унижений. Ему следует рассказать также о позитивной альтернативе, позволяющей раскрыть потенциал дружелюбного общения: ты сильнее его в одном – он превосходит тебя в другом. Вы можете помогать друг другу.

Однако главного внимания к себе требуют те, кто становится жертвами. Проблема многих из них состоит в том, что они являются, как говорят американцы, «сидячими утками», т.е. слишком лёгкой добычей. На самом деле зачастую обидчики готовы отступить, встретив активное сопротивление, дабы «не связываться». Но сопротивления-то они как раз и не встречают! Сказанное указывает на актуальность целенаправленной работы с теми, кто имеет ярко выраженную тенденцию становиться жертвой во взаимоотношениях с другими. Их можно выявить не только по факту обращения за помощью, но и профилактически на основе тестов (см. шкалы виктимности на сайте «Хищники и жертвы среди нас» freak.sytes.net).  Их следует учить отстаивать свои интересы. В частности, открыто сообщать собеседнику о своих нуждах и потребностях, настаивая, чтобы они учитывались по существу. Им следует уметь говорить твёрдое и однозначное нет в ответ на неоправданные и особенно унизительные запросы. 

Ключевой составляющей такого обучения должно также стать формирование эффективных навыков установления первоначального контакта и дальнейшего развития общения со сверстниками. И в пользу важности работы в этом направлении есть серьёзные аргументы.  Характерный штрих в портрете многих школьных стрелков состоит в том, что у них практически нет друзей. Их лучшие и единственные друзья – компьютер и интернет, наедине с которыми они проводят большую часть времени. Так, Адам Ланза, расстрелявший в декабре 2012 в шт. Коннектикут 26 человек (включая собственную мать), из которых 20 детей, а затем покончивший с собой, последние месяцы своей жизни безвылазно провёл в своей комнате, где он играл в видеоигры с большим количеством красочно изображённого насилия. В то же время известно, что социальная изоляция является серьёзным испытанием даже для взрослого, зрелого человека. Согласно современным представлениям, возникающее как её следствие чувство одиночества оказывает деструктивное влияние не только на психологическое, но и физическое здоровье человека.

Взрослым также важно помочь ребятам наладить такую активность, при которой все они выступали бы одной командой. С другой стороны, активность должна быть такой, чтобы все участники команды воспринимались как важные для решения стоящих перед ней задач и по сути незаменимыми. 

Мамонт выжил. Его спасла тупость. Тупость перочинного ножа Куропатки, застрявшего в нескольких миллиметрах от сердца Мамонта. До последнего дня занятий Мамонт и пальцем не прикасался к Куропатке. Не позволял себе даже словесных наездов.

В завершение, хотелось бы надеяться, что в нашей стране не будет загубленных юных жизней. Загубленных тупостью тех, кто уверен, что можно безнаказанно издеваться над тем, кто слабее, умнее, добрее. Просто мягче характером.

У Адама Ланза не было даже учётных записей в социальных сетях: ни в твиттере, ни в фейсбуке. И тем не менее есть люди, говорящие о том, как им понятны его чувства. 17-летняя Кортни Уэбб была отстранена от занятий и, возможно, будет исключена из школы за своё стихотворение. В нём она пишет: «я понимаю убийства в Коннектикуте. Я знаю, почему он нажал на курок». Причину она видит в том, что люди «чувствуют себя беспомощными». А «правительство наше – это стыд, и общество себя не обвинит». Она говорит также слова, которые оказываются лейтмотивом у многих, оказавшихся в положении жертв: «мою доброту они приняли за слабость». Примечательно, что ранее, когда та же девушка писала и даже специально показывала учителям свои стихи о печали и суициде, они не вызывали нареканий. Что же будет дальше? Смогут ли власть и общество извлечь уроки? Время покажет...

Опубликовать в социальных сетях

Рекомендуем личную консультацию

Олег

Что может принести большую радость жизни, чем взаимная любовь? И что может ранить нас больнее отношений, в которых человек может сказать о себе: я – жертва? Жертва человека, которого любил (а), которому доверял (а), которого считал (а) таким близким и р Узнать подробнее
Посмотреть всех экспертов из раздела Психология > Дети и подростки


Комментариев пока нет