РОЛИ выживания Ольга Троицкая

/>/>/>/>/>

Ольга Троицкая

 

РОЛИ выживания

 

 

В стрессовой ситуации человек защищается той или иной моделью поведения.

Принято считать, что в кризисной ситуации человек раскрывается с неожиданной стороны. Действительно, скромный и незаметный в «мирной» жизни тихоня вдруг выдвигается на передний план, ведет себя хладнокровно и решительно, как герой на лихом коне, не теряет присутствия духа, спасает ситуацию, а потом, отказавшись от заслуженной награды, уходитобратно в тень. А другой, от кого как раз и ожидали решительных действий, вдруг отстраняется, уезжает на дачу, не хочет никого видеть и ведет себя как… ребенок, укрывшийся в детской от внешнего мира! И когда ситуация без его участия приходит в норму, возвращается как ни в чем не бывало на свое рабочее место.

Стресс нажимает определенную внутреннюю кнопку внутри человека, и тот, чтобы защититься, начинает, не думая, действовать по сценарию. Роль выживания — это как раз та или иная модель поведения человека в стрессовой ситуации. Всего их шесть: Фанат, Благодетель, Герой Семьи, Козел Отпущения, Потерянный Ребенок, Талисман. И мы попытаемся разобраться, как и почему это происходит.

В идеальной семье мама обеспечивает безусловную безопасность ребенка, в этих условиях он может спокойно развиваться. Взрослые говорят то, что думают и что чувствуют, не скрывают эмоций. И даже если эти послания в чем-то его ограничивают, он постепенно учится с их помощью ощущать собственное пространство. Но он понимает, чего хотят от него взрослые. В каких-то случаях ему говорят прямо, в других — он чувствует по интонациям и словам родителей, что этого делать нельзя, это небезопасно. Таким образом потихоньку строятся границы. Постепенно в такой семье вырастает человек, у которого появляется представление о собственном личностном пространстве.

ДВОЙНОЕ ДНО

А теперь представьте себе другую семью, где говорят иносказаниями и недомолвками и все, что произносится, как правило, не относится напрямую к происходящей ситуации, а касается взаимоотношений членов семьи. Догадайтесь, что имеет в виду мама, когда смотрит на сынишку и говорит: «Как мне тяжело с твоим отцом! Он такой грубый, ему невозможно ничего сказать»? В этом двойном послании очень сильное, раздирающее противоречие. Потому что с одной стороны — будь мужчиной, с другой стороны, мужчина — это тяжело, неприятно, страшно и противно. Это то, с чем мама жить не может. Именно в этот момент происходит первое нарушение оценки событий для маленького мальчика. В более поздней фазе это выливается в болезненную проблему нарушения самооценки. То есть укрепляется ощущение неважности и ненужности себя как представителя мужского рода. Потому что если маме мужчина не нравится в семье, то как же я могу быть мужчиной? В то же время: ты же должен быть мужчиной! Мама должна тобой гордиться как мужчиной!

Вы можете услышать такие противоречивые послания на бытовом уровне буквально каждый день. «Ты у меня красавица! — говорит мама. — Но ты такая бледная, сделай что-нибудь с этим, ну хоть румяна наложи! И какая ты тощая!» То есть ты у меня красавица, но ты мне не нравишься! Ты должна быть красавицей — но красавицей я тебя не считаю! И от этого внутри возникает хаос. Не очень понятно, каким должен быть я и как я должен ощущать себя в этом пространстве, для того чтобы они меня понимали.

Жить без границ в состоянии хаоса не может ни одно живое существо. Это вызывает сильное беспокойство. Например, что обычно делают с очень тревожным ребенком? Его прижимают к себе, наглухо закрывают от мира, качают до появления плотных, четких, надежных внешних границ или туго пеленают: он ощущает пеленки тоже как надежные границы. Теперь можно расслабиться и спать.

В ситуации хаоса, когда собственные границы не выстраиваются и не очень понятно, что можно, а что нельзя, начинают формироваться искусственные границы ролей выживания. Начинает действовать закрытая система манипулирования: «Я так — тогда вы так». Ребенок создает себе такие аккуратные, странненькие границы, и вроде бы хаос побежден. То есть он теперь всегда знает, что делать в стрессовой ситуации и, не раздумывая, начинает вести себя в соответствии со своей ролью. Сначала он осваивает какой-нибудь один паттерн, а затем жизнь меняется, и в детском садике, иногда в школе он добавляет к этому еще несколько закрепленных моделей поведения, которые остаются с ним и во взрослой жизни. У многих людей одна роль выживания — для дома, другая — для работы, третья — для общения с друзьями. В самих паттернах ролей выживания нет ничего неправильного. Любая из них — это способ общения с людьми, который в определенных ситуациях может привести к успеху. И человек, который будет пользоваться всеми этими способами, выбирая подходящий в нужной ситуации, добьется успеха. Но роль выживания — это отсутствие выбора. Человек становится заложником своей роли, маска срастается с лицом, и от нее бывает очень трудно освободиться.

 

БЛАГОДЕТЕЛЬ: «НЕ ДЛЯ СЕБЯ, А ДЛЯ ДРУГИХ!»

«Не сплю ночами, я делаю это и это, они все на меня сваливают. Но им же надо помогать, они же все равно будут обращаться ко мне!»

Везде есть человек, который всех понимает, мирит и сглаживает конфликты. Благодетель. Он суетится, бегает, пытается всем угодить.

Это поощряемый в нашем обществе тип людей. Человек, которому ничего не надо для себя, а только для других. Такой замечательный, добрый! Но доброта — это сильное, мощное, наполненное энергией чувство. У Благодетеля же — знание о том, что без него другой человек не обойдется.

Его символ — неустойчивый треугольник основанием вниз. Главное для Благодетеля в дисфункциональной семье — сделать так, чтобы его основной партнер, Фанат, не менялся. Иначе он, Благодетель, будет никому не нужен. Поэтому в такой нездоровой семье Благодетель исполняет роль буфера между Фанатом и остальными членами семьи. «Вы его сегодня не трогайте! Он, конечно, и давит, и кричит, и чуть до самоубийства не довел, но я знаю, что внутри он добрый!» Любимая игра Благодетеля — если тебе нужно на кого-то спустить злость, то на меня, Благодетеля, и спусти. А я это как-нибудь оправдаю: необходимостью сохранения семьи, тем, что так устроен мир, жизнь такая тяжелая. Более того, люди могут подумать, что самому Благодетелю это нравится! Мама ночами не спит, на всех готовит, мчится к сыну в школу, гладит мужу рубашки, стирает? Что вы, наша мама все равно поедет на дачу и все привезет, и грядки копать будет, она у нас такая, ее не остановишь.

Благодетель совершенно по-детски ждет похвалы: какой же он необыкновенный, сколько он для нас делает! Он не радуется жизни, все делает из чувства долга, а когда не получает благодарности, то всегда расстраивается. Однако мясорубка вам не говорит, что она устала и заржавела или что ей надоело крутиться. Так и Благодетель никогда не говорит о своих чувствах, желаниях, потому его усилий не замечают. Если человек никогда не говорит вам, какие именно цветы он любит, ему трудно угодить. А Благодетель считает, что если бы вы его любили, то вы бы догадались. Про него трудно собрать свидетельские показания: никто в семье толком не знает, что он любит, а чего нет. Фантом.

Мужья-алкоголики зависят от своих жен-Благодетелей, потому что они все время создают поведенческие ситуации «жертва — палач». Благодетель, естественно, жертва, и это ему нравится. После того как палачи или поколотят, или поорут, Благодетель застывает в позе оскорбленной невинности. Тогда человек начинает чувствовать себя виноватым, и тут-то жертва поджимает губы, прячет глаза, всем своим видом она говорит: «Это мой крест жить с таким извергом!» В этот момент роли меняются: палач становится жертвой, а жертва — палачом… Колесо крутится без остановки.

Когда жена пьяницы перестает обслуживать его алкоголизм, он часто бросает пить, потому что нитку созависимости держат двое.

Если человек здоров, весел, успешен, крепок, то зачем ему Благодетель? Любой может залезть в холодильник, достать еду и съесть, открыть дверь ключом, найти работу, сходить в поликлинику. Поэтому для Благодетеля очень важно заставить окружающих от него зависеть, чтобы они не могли без него справиться.

Неизвестные герои — это люди, которые сделали то, что им хотелось, и ушли. Им не нужно обременять других людей обязанностью себя благодарить. Люди, которые охотно помогают другим, потому что это им доставляет удовольствие, потому что им кажется, что это правильно, — это не Благодетели. Благодетелю на самом деле не нравится им быть! Он это делает для того, чтобы вы его поблагодарили! Чтобы все наконец пришли и сказали: какой ты незаменимый, какой ты важный и нужный! Для него очень важно, чтобы его усилия заметили.

Благодетели всегда притворяются бессильными, готовы не мешать, обслуживать домочадцев! Но при этом не уважают силу других людей. Считают, что остальные без них пропадут: он не сможет жить с человеком, который не так жарит яичницу.

Такой же «танец» Благодетель исполняет на работе, если есть одномоментный конфликт. Он не дает возможности этому конфликту разрешиться, он его любым путем сглаживает. Он делает все, чтобы конфликтующие стороны прямо не столкнулись. Но конфликт не может раствориться по заказу Благодетеля, ведь единственный способ его разрешения — это поставить их друг напротив друга и выяснить, что нужно каждому.

ОТКУДА РОДОМ

Благодетель очень часто вырастает при родительской директиве «Не будь ребенком! Ты же старший, взрослый!». Мама килограммов под 120 говорит хрупкому мальчику: «Ты же мужчина! Чего ты ноешь?» На самом деле это послание: «Я бы хотела, чтобы ты не показывал подлинных чувств. Ты не должен быть активным, эмоциональным, потому что мне тревожно, когда ты такой». Так Благодетель медленно-медленно привыкает прятать чувства, желания, а с возрастом разобраться в своем состоянии уже не может. Дисфункциональная семья — триллер намного страшнее того фильма, где человек бегает с ножом. Здесь каждый день человек сам убивает свою душу.

Маленький Благодетель «усыновляет» члена семьи, любого, кто попадется! Когда попытаемся напрямую обратиться к этому члену семьи, мы каждый раз будем натыкаться на Благодетеля. «Ну что ты к нему пристал? Мам, ты ложись, я подожду папу!»

Но когда Благодетелю не дают ничего взамен стольких потраченных сил, у него, как и у всякого живого существа, начинает развиваться агрессия. Разрушается привычный кривой баланс. Благодетель начинает уничтожать себя, потому что не может выплеснуть злость на окружающих — тогда он будет уже не Благодетелем.

Полная противоположность Фанату — он дает, дает, а брать не умеет. Когда хозяйку пытаются благодарить гости, она отмахивается: «Вам спасибо, что пришли!» То же самое на работе: «Ой, какая у нас Ксения Ивановна незаменимая! Она всегда останется после работы, всегда возьмет на себя большую часть работы!» — «Да ну что вы! Мне же нетрудно, у других дети, семья, а я сейчас свободна».

Аутоагрессия точит Благодетеля. «Я такой ужасный, потому что позволяю себе ненавидеть других людей, я должен любить всех». Иногда эта агрессия бывает неосознаваемой.

Как правило, у Благодетеля плечи сведены вперед, будто он удерживает какую-то тяжесть. Чтобы открыть грудную клетку, надо распрямиться и почувствовать свою силу, которой у таких людей нет.

На самом же деле Благодетель часто тормозит рабочий процесс. Не будет в коллективе человека, который по первому свистку делает все за всех, тогда и начальник перестроит систему руководства, уволит тех сотрудников, которые не справляются, перераспределит обязанности. А так Благодетель за всех пашет. Ну а как же иначе? А что подумают о нашем отделе, компании? И ему радостно поддакивают те, которые привыкли не напрягаться.

Благодетелю прежде всего нужно понять, чего бы он хотел в жизни, что ему нравится, а что нет. Впрочем, обычно он хочет одного — чтобы никто не ссорился!

Тяжесть роли, ограничения, которые она налагает, — это дудка Карабаса-Барабаса. Только он щелкнул пальцами, и мы тут же затанцевали в одной-единственной роли. Но почему-то власть Карабаса-Барабаса нарушается, когда появляется неправильный мальчик Буратино, который не желает учиться и у которого нет роли. Его пытаются загнать в Благодетели — он должен ходить в школу, обслуживать Папу Карло. Но он делает то, что в данный момент ему интересно и кажется правильным. Свободный ребенок! И потому он разрушает пространство этого театра.

Благодетели и Фанат составляют любимую пару, которая порождает Героя cемьи и Козла отпущения.

 

ГЕРОЙ СЕМЬИ:«Я ОТВЕЧАЮ ЗА ВСЕ!»

В семье царит напряжение: папа хронически пьет, мама хронически несчастна и лелеет свою неудавшуюся жизнь, но членам семьи не дают покоя амбиции. Неосознанно им очень хочется, чтобы семья со стороны выглядела хорошо, поэтому родители воспитывают рыцаря без страха и упрека в сверкающих доспехах и с горящим взором, с улыбкой, перед которой невозможно устоять. Человека с бездной обаяния и отзывчивости, светлую голову, которой легко даются науки и которая готова щедро делиться своими знаниями. Обычно (немаловажная деталь!) окружающие не устают удивляться: как у таких замученных жизнью неудачников мог уродиться такой ребенок? Как им удалось его воспитать?

Имя ему в нашем рассказе — «Герой семьи», символ — треугольник острием вниз, весьма неустойчивая конструкция, правда, со знаком плюс внутри.

Самим своим существованием он отбивает все атаки на семью. Кто это говорит, что у нас что-то неправильное? А я отличник — смотрите, какая у меня хорошая семья! А я красавец — какая у меня хорошая семья! А я спортсмен — какая у меня хорошая семья! А я умный, а я веселый, а я ответственный — смотрите, какая у нас хорошая семья!

Родители ему вторят: «Какая у нас замечательная семья — мы вырастили такого ребенка! Плохая семья не вырастила бы такого ребенка!» Герой семьи — это щит дисфункциональной семьи.

Как его растят? Да очень просто! «Он у нас родился самым умным и самым красивым, в полтора года уже стихи читал, и в школе, в спорте он первый».

Трудно поверить, что человеку одинаково нужно и учиться на пятерки по всем предметам, и быть спортсменом, и «на пятерку» организовывать всех детей на даче в команду. Тимур из книжки Аркадия Гайдара — типичный Герой семьи! Он обо всех заботится, он все делает классно. И ма-а-ленькая деталь — Герой семьи всегда точно знает, как надо сделать, со своей светлой головой самым первым схватывает проблему и находит ее решение. Ему никогда не хватает терпения подождать, пока тому же самому научатся члены его «команды» (братья, товарищи по команде, коллеги, дети). Герой семьи довольно быстро превращает окружающих в инвалидов, действуя по такой системе: «Начинаем делать… Уфф, ну что ж ты такой неуклюжий (непонятливый, медлительный)? Иди, ладно, я сейчас сам быстро сделаю, а ты потом попробуешь еще раз научиться… Черт, никто ничего не умеет делать как следует! Все нужно самому!»

…К начальнику — Герою семьи приходит подчиненный, у которого заболел ребенок. «Чем болеет? Ага! Иван Иванович, у моего сотрудника ребенок болеет. Значит, Николай Петрович, вы сейчас пойдете к Иван Иванычу, он выпишет лекарство, а Наталье Павловне скажете, что я дал вам отпуск. Вам недели хватит?»

Вот вам Герой семьи во всей красе. Зачем суетиться самому и за что-то браться, если сейчас прибежит Герой семьи и спасет ситуацию. Роль Героя семьи очень поощряется в нашем обществе. Была такая даже книжка — «Я отвечаю за все!»

СЛОЖНОСТИ ГЕРОЕВ СЕМЬИ

1 Такие люди воспринимают свои успехи и достижения как необходимость, их «жизнь заставляет». У Героя семьи нет ощущения настоящей самореализации. Он это классно делает — но для кого-то. «Будь моя воля, я бы лежал на диване, плевал в потолок или жил на необитаемом острове и ходил бы в набедренной повязке, но я же отвечаю за все!»

2 Герой семьи боится риска. Невозможно все делать на отлично, но как же жить с четверкой? Поэтому сильный и ответственный человек парадоксальным образом боится рисковать. А вдруг не сразу получится?

3 Герой семьи очень уязвим, если у него что-то не получается в работе, в личной жизни или со здоровьем, он рушится весь без остатка. У него начинает не получаться и все остальное, ведь на всех фронтах у Героя семьи все должно быть безукоризненно. Отсюда дикая перегрузка ответственностью. Ему страшно и тревожно (хоть это очень глубоко запрятано внутрь) жить. Герой семьи не очень хорошо понимает, что на самом деле нужно ему самому. Взваливая на себя заботу и ответственность за других людей, он боится задать себе вопрос: «Ему это надо?» Собственная цель ему не очень ясна.

Мужчину — Героя семьи увести из семьи и очень трудно, и в то же время легко. С одной стороны, он твердо знает, что отвечает за детей, женщину, свой дом. С другой стороны, если ему сказать: «Я без тебя погибну!», он с грохотом, не выбирая пути, побежит в эту сторону отвечать уже за другую женщину.

Он трудоголик и считает это своим достоинством. Попробуй-ка все делать быстрее всех, за всех! На это просто жизни не хватит!

Он легко изнашивается, сильно болеет и до последнего не показывает, что ему плохо. Скрывать страдания – это входит в его неписаный кодекс. За Героем в семье нужен глаз да глаз, потому что он и боль терпит, не подавая виду, и болезнь переносит на ногах, до последнего, сколько сможет. Если уж тащить — так тащить! Ему очень трудно признаться, что он сегодня не в форме. Только вперед! Не стоит путать Героя семьи с успешным человеком, который добивается своей цели. Герой семьи это делает не для себя, а для того, чтобы этими успехами кого-то загородить.

Со своей гиперответственностью Герой семьи контролирует пространство, которое находится внутри его жестких границ. Он прямо проговаривает: «Слава богу, я достаточно зарабатываю, чтобы мои родители ни в чем не нуждались». То есть я решу проблему моих родителей на пятерку — независимо от того, нужно им это или нет. Я оформлю пространство так, как я считаю нужным. И если родители болеют или несчастны, а ребенок плохо говорит или капризничает, у него стресс. Почему же у меня, Героя семьи, такая неправильность в системе? Парадоксально, но у блистательных Героев семьи очень редко растут крепкие, честолюбивые, способные и успешные дети. Ведь всю семейную ответственность Герой перетягивает на себя: я сделаю сам и покажу, как надо! А ребенок с этим охотно соглашается, не делая лишних движений.

В ловушку такого Героя загоняет не только семья. Эту роль активно поддерживают учителя и воспитатели. Они всячески пытаются добавить ему ответственности. Видите, какие у нас герои, надежда школы, они на все пятерки учатся, они в олимпиадах побеждают, они прославили нашу школу! Героям семьи посылают тревожное ожидание: ты должен быть таким, иначе нам плохо. Это основа формирования роли. Более того, когда Герой семьи перестает быть Героем семьи, родители часто разводятся. Так в семье растили-растили и вырастили маленького пианиста, довели до конкурсов, а когда он перестал этим заниматься, семья распалась. Его отец и мать были только родителями Героя семьи, только этим и жили. Под его прикрытием окончательно атрофировалась способность выстраивать отношения в семье.

Узнали себя? Попробуйте сказать себе: «Я принимаю неуспех! Я учусь на новых ошибках. Признаю, что результат может быть неконтролируем».

Но когда у маленького Героя семьи не хватает силенок оправдать возложенных на него надежд семьи и он не справляется, то ему достается роль Козла отпущения.

ЖЕРТВА ВСЕОБЩЕГО ОБОЖАНИЯ

Надя — начинающий Герой семьи. Ее старшей сестре повезло родиться, когда папа еще не успел разбогатеть. К тому времени родители решили родить второго ребенка. А в семье уже возникло напряжение, которое бывает, когда муж начинает зарабатывать много денег: он мало бывает дома, у него меняется характер. И вот вся семья начинает причитать над Наденькой: она у нас такая умница, красавица, будет отличницей! Это повторялось, как рефрен, и прочно внедрилось в сознание самой девочки. Она заговорила немыслимо рано, пошла прямо с пеленок, и годам к пяти ее отдают в танцевальный кружок.

Это было формирование Героя семьи по полной программе.

Когда ко мне в начале ее второго класса привели эту девочку, она не умела ни читать, ни писать, ни считать. У нее наблюдалась выраженная задержка развития. Пока родители мечтали, как она будет хорошо учиться, они забыли научить ее читать, писать, считать.

Перед самой школой они спохватились. Но Надя не сумела сразу освоить буквы и держать ручку. Она не то что не усваивала учебный материал — она его отталкивала. На мои слова: «Ты же не обязана все время добиваться успеха!» — восьмилетний ребенок вдруг зарыдал. Девчушка билась в истерике и спрашивала: «А вы правду говорите? Я могу не стараться?»

Папе пригрозили заклеить рот пластырем, ему было велено вообще по поводу школы ничего не говорить. Мама вдруг вспомнила, что и у нее самой тоже бывали тройки. А бабушка тяжело заболела. И дисфункциональная семья, переключив внимание, стала дружными рядами ухаживать за больной бабушкой.

ПЕРВЫЙ ДО КОНЦА ДНЕЙ

Александр потерял под Сталинградом ногу, но это не мешало ему быть подлинным Героем семьи. Даже когда он со своим отделом ездил на картошку, он больше всех работал. Он был непременным участником авралов, борцом с поджимающими сроками, спасителем заваливающихся проектов. Коллеги все время не справлялись ни с картошкой, ни со сроками — а он везде был первым. А вокруг него росла огромная грядка — огромная его семья. И он после третьего инфаркта не только кому-то помогал писать диссертацию, чьих-то детей устраивал в детский сад, но еще и каждое утро до работы ходил на молочную кухню за молоком для внука. Ведь пока они встанут и проваландаются, там и молока не останется!

ФАНАТ: «ТОЛЬКО Я ВСЕГДА ЗНАЮ, КАК НАДО»

Фанат — очень сильная и защищенная роль выживания, ее символ — круг. Это человек, который очень цепко держится за всякое заблуждение. Он твердо отстаивает каждую идею, которую он считает правильной, а любой вывод, к которому он пришел, он искренне считает истиной в последней инстанции. Фанату легче убить человека, чем признать, что он, фанат, не прав. Он агрессивно отстаивает свои убеждения, независимо от того, принесет ли это ему пользу, потому что о реальности здесь речи нет. Для Фаната самое главное — сохранить свою границу, пусть она искусственная, пусть она появилась не от хорошей жизни. Конечно, Фанат — алкоголик, который убежден, что только алкоголь дает ему возможность жить. Если его внимательно послушать, то вы услышите очень много фанатичных слов. Как можно не пить в этой проклятой стране? Да как можно не пить при такой жене? Да я бы бросил пить, если бы дети не были такими непутевыми!

Фанат кричит: «Ничего, кроме коммунизма, знать не хотим». Он яростно возражает: «Нечего по компаниям таскаться и нечего им по вечерам из дома выходить!» Но Фанат может быть и тихим. При работе с самым мягким созависимым вы в какой-то момент, попав на удочку этой тишины и мягкости, упретесь в каменную стену. Так получилось: пошел и купил бутылку. Так получилось: зашел и начал играть. Ну не мог удержаться! И обратите внимание: когда он говорит, у него на плечах появляется невидимая мантия, вы все должны признать, что иначе нельзя. Можно только так. Буду ли я пить, буду ли я бить жену, буду ли я доказывать, что работать можно, только давя на других людей, буду ли я всех превращать в трудоголиков, у меня все время некоторое ощущение королевского величия. Главное для Фаната: я всегда знаю, как надо. И либо вы соглашаетесь со мной, либо я буду давить до последнего.

Фанатом на самом деле может быть вполне милая женщина, мать и жена, которая всегда — всегда! — знает, как надо. Что бы ни происходило с ребенком, он должен пойти мыть руки перед едой, а потом сесть обедать, и только потом можно спросить у него, что с ним случилось. Она всегда знает, что если у мужа такое выражение лица, то значит, у него что-то произошло на работе и он должен ей об этом рассказать. Она может говорить об этом вполне ангельским голосом. Но в этом голосе звенит Фанат, потому что он все знает и понимает. Кстати, Фанат может выступать и за демократию и свободу слова, но по поводу демократии и свободы слова он будет точно так же фанатеть! Он будет сидеть в мантии и говорить: «А почему вы не высказываете других мнений? Вы обязаны высказывать другие мнения! Вы должны мне возражать. Вы должны! Вы обязаны!» Понятно, что порфироносная тяжесть должна создавать некоторую физическую структуру. Он как бы несет это бремя ответственности за всех нас на своих плечах. А поскольку Фанат надел мантию не от хорошей жизни, он всегда немножко сутулится. Поэтому плечи чуть-чуть вперед и тяжесть — вот позиция Фаната.

Еще одно свойство Фаната — неумение давать. Челюсти сжаты, зажаты плечевые мышцы. Что происходит с руками, когда вы отдаете? Сбалансированное движение выглядит очень просто: беру — отдаю. Беру от человека, от мира и отдаю то, что считаю нужным. Для Фаната взять — можно, а вот отдать — очень сложно.

Другая черта у Фаната — абсолютное неуважение к границам других людей. Фанат — это человек, для которого границ других людей не существует. Он их проламывает всей своей силой, чтобы навести там порядок. Потому что у него есть полное представление, как должны функционировать люди вокруг него. Границы же самого Фаната выстроены таким образом, чтобы вы не подошли близко и, не дай Бог, не заглянули внутрь. Потому что защищать себя нормальными, человеческими границами фанат не умеет.

ПРИЧИНЫ ФАНАТИЗМА

Фанат стал самим собой не от хорошей жизни. Это образ очень раннего опыта, когда ребенок почувствовал, что ему не дают того, что ему необходимо, а потому единственный человек, который может отвечать за него, — это он сам. Это ребенок, к которому не подходят, а только подбегают, когда он начинает кричать. Это человек, который вынужден был когда-то научиться, что успеха можно добиться только ценой абсолютной самостоятельности, что, только полагаясь на себя, можно выжить. Фанат — это поздняя травма потребности, начиная примерно с трех месяцев, когда чего-то не дают или дают не то, что нужно. Никто обо мне не позаботится, кроме меня самого, и только я сам буду отстаивать себя до последнего патрона. Я не могу доверять другим людям.

Вместо сильных взрослых рук, я начинаю контролировать себя сам. Я держу свою энергию в себе, я ее не отдаю. Фанат — контролер. Он в страшной тревоге, что мир не будет организован так, как ему кажется правильным или удобным. Потому что если мир вариативен, он, Фанат, должен что-то делать и совершать выбор. А для выбора нужно отдавать и брать, иначе невозможно. Надо отдавать энергию, чувства, нужно взаимодействовать с миром, нужна прямая и обратная связь. Это страшно, это тревожно, лучше просто всем своим поведением контролировать мир, чтобы он выстраивался так, как мне удобно, чтобы я не ждал каких-нибудь неприятностей со стороны мира. Однако это чувство иллюзорно. Ни один человек на свете не может контролировать мир. Мир — он живет себе и живет. А иллюзия контроля создает иллюзию того, что я обеспечиваю себе безопасность.

В семье отца-Фаната один из детей тоже может вырасти Фанатом. Чрезмерное давление может вызвать чрезмерное сопротивление, и тогда в семье два Фаната станут лицом к лицу. Иногда это дочь Фаната, иногда сын Фаната. Правда, обычно в семейных треугольниках Фанаты друг друга выпихивают. Предположить появление мужа и жены Фанатов довольно сложно — они быстро разбегутся. Но если в семье при папе-Фанате вырастает дочка-Фанат, она уйдет из дома, хлопнув дверью, или добьется ухода отца.

Для Фаната характерно очень сильное проявление агрессии и гнева, постоянное возмущение. А когда эти чувства видят окружающие, ему стыдно. И отсюда постоянное колебание между предъявлением гнева и агрессии и стыдом по поводу этих предъявленных чувств.

Выпустил гнев — стыдно, чтобы не чувствовать стыда — гневаюсь. То, что я чувствую внутри, начинает мною восприниматься как навязанное мне снаружи. Если мне стыдно, я перестаю осознавать свой стыд и начинаю стыдить других. Им должно быть стыдно. Скажу честно: в каждом из нас есть маленький Фанатик.

При всем при том Фанат считает, что он делает доброе, хорошее дело. Он ведь таким образом о мире заботится! Он не наслаждается тем, что должен орать. Никогда бы я не кричал, если бы вы вели себя по-другому! Ведь главное в роли выживания — то, что мы считаем, что ведем себя самым естественным образом в ответ на вызовы окружающего мира. Это не та личина, которую можно снять, рассмотреть и рассмеяться: какой же я смешной! Ну-ка я надену и еще раз попробую. И когда мы начинаем работать с ролью, первый и главный шаг — это добиться появления между личиной и нашим собственным лицом маленькой толики воздуха. Мы должны начать ощущать собственное лицо, а дальше мы будем постепенно увеличивать это расстояние, и в конце концов мы сможем на свою личину посмотреть со стороны. Чтобы освободиться от роли и получить возможность жить отдельно от нее, создать таким образом пространство для своих подлинных потребностей. Потому что заблуждениями человек заполняет внутреннее пространство, чтобы не осознавать свои настоящие потребности.

На самом деле это очень важная вещь — что я получу вместо этого? Потому что изменить что-то в себе можно только ради чего-то, что я получу. Когда мы стремимся от чего-то освободиться, мы должны знать, что мы получим вместо этого. Если мы бросаем курить, мы должны знать, что будем делать, если не станем курить. С алкоголизмом, с наркоманией понятно. Но ведь Фанат не позволяет себе те свои чувства и потребности, которые очень важны для него. Он замещает их своими заблуждениями. И когда он начнет постепенно приближаться к самому себе и чувствовать, что ему на самом деле нужно, только тогда он может освободиться.

Любая роль выживания всегда кого-то обслуживает. Вы не представляете, как удобно жить с Фанатом! Любой другой конфликт в семье прекращается, когда Фанат начинает всех долбить и все объединяются — или обслуживая Фаната, или против него. И в этой дисфункциональной семье фанат не может выжить без своего любимого партнера. Без господина Благодетеля.

 

Статья взята с первоисточника:

www.psyh.ru/tabid/279/newsid644/452/Default.aspx

Опубликовать в социальных сетях

Рекомендуем личную консультацию

Vera

Я помогу вам лучше разобраться в себе, понять свои возможности и ограничения, принять себя таким, какой вы есть, максимально использовать свой творческий потенциал. пересмотрев свои прежние ценности и установки. Когда вы услышите себя, поверите в со Узнать подробнее
Посмотреть всех экспертов из раздела Психология > Семейные отношения


Комментарии

Сейчас на сайте

Здравствуйте Вера.

Хотелось бы видеть оригинальный контент а не бональное копирование чужих статей. Ведь по блогам мы судим о "качестве" эксперта, можем понять его потенциал. С уважением Кудряшов.

01.08.10