помогите написать критику статьи, очень сильно нуждаюсь в вашей помощи

Человек, культура и глобализация

З.А. Таблиашвили,
В.Е. Горозия

Человек: соотношение национального и общечеловеческого. Сб. материалов международного симпозиума (г. Зугдиди, Грузия, 19–20 мая 2004 г.) Выпуск 2 / Под ред.В.В. Парцвания. СПб.: Санкт-Петербургское философское общество, 2004. С.240-248

[240]

Человек — единственное существо во вселенной, которое не только созерцает ее, но и своей активной деятельностью заинтересовано в целесообразном преобразовании ее и самого себя. Он является единственным разумным существом, способным к рефлексии, к раздумьямнадсвоим бытием. Человек не равнодушен и не безразличен к существованию, он всегда выбирает между разными возможностями, руководствуясь желанием улучшить свое существование и свою жизнь. Понятие бытия — фундаментальная характеристика человека (М. Хайдеггер).

Основная особенность человека заключается в том, что он представляет собой личность, которая является членом определенной общности, со своим волевым целеустремленным поведением и которая действием стремится к удовлетворению своих потребностей и интересов. Способность создания культуры и есть гарант человеческого бытия и его фундаментальный характеризующий признак.

В известной формулировке Франклина: «Человек — это животное, создающее орудия» — подчеркивается то обстоятельство, что человеку свойственны активность, труд, творчество. В то же время, он представляет совокупность всех общественных отношений (К. Маркс), в которые люди вступают в процессе социальной деятельности. Результатом такой деятельности являются общество и культура.

[241]

Платон в «Республике» характеризовал человека как существо, которое постоянно ищет самого себя, которое в каждый момент своего существования испытывает и перепроверяет условия своего существования. В этой перепроверке, в этой критической установке по отношению к собственной жизни и состоит реальная ценность этой жизни [1]. «А без… испытания жизнь не в жизнь для человека», — говорит Сократ в «Апологии» [2]. Лишь благодаря основной способности — способности давать ответ самому себе и другим — человек становится «ответственным» существом, моральным субъектом.

По мнению немецкого философа-неокантианца Э. Кассирера, «этот первый ответ в известном смысле навсегда останется классическим. Проблема и метод Сократа никогда не могут быть забыты и стерты в памяти. Платоновой мыслью они были сохранены и наложили отпечаток на все дальнейшее развитие человеческой цивилизации» [3].

По сравнению с другими животными, — отмечает далее немецкий философ, — человек живет не просто в более широкой реальности — он живет как бы в новом измерении реальности. Существует несомненное различие между органическими реакциями и человеческими ответами. В первом случае на внешний стимул дается прямой и непосредственный ответ; во втором — ответ задерживается из-за медленного и сложного процесса мышления. Человек, обладающий символической системой, живет не только в физическом, но и в символическом универсуме, части которого — язык, миф, искусство, религия и др., — это те нити, из которых сплетается символическая сеть, сложная ткань человеческого опыта.

По мнению Э. Кассирера, «разум» — очень неадекватный термин для всеохватывающего обозначения форм человеческой культурной жизни во всем ее богатстве и разнообразии». Он дает

[242]

определение человека как animal symbolicum, и тем самым обозначает, по его мнению, специфическое отличие человека от других существ [4]. Автор этого понятия полагает, что «так мы сможем обозначить его специфическое отличие, а тем самым и понять новый путь, открытый человеку, — путь цивилизации» [5].

Понятие культуры, так же как и понятие общества, многогранно и многообразно. Эти термины чаще всего используются в социальных науках.

Общественная жизнь — это, прежде всего, интеллектуальная, моральная, экономическая и религиозная жизнь. Она охватывает все особенности совместной жизни людей.

«Общество подразумевает систему взаимоотношений, связывающую индивидов, принадлежащих к общей культуре», — отмечает Э. Гидденс. Ни одна культура не может существовать без общества, но также и ни одно общество не может существовать без культуры. Мы не были бы «людьми» в том полном смысле, который обычно вкладывается в данный термин. Мы не имели бы языка, чтобы выразить себя, не обладали бы самосознанием, и наша способность думать и рассуждать была бы сильно ограничена...» [6]

Культура включает в себя ценности, носителями которых являются члены определенной группы, нормы, которым они следуют, и материальные блага, производимые ими. Ценности представляют собой абстрактные идеалы, в то время как нормы — это определенные принципы или правила, которые, как ожидается, люди будут соблюдать. Нормы представляют «можно» и «нельзя» социальной жизни. [7]

«Социальные науки, — пишет Ян Щепанский, — понимают культуру прежде всего реалистически, то есть как совокупность продуктов человеческой деятельности… Культура — это все материальные и нематериальные продукты человеческой деятельности,

[243]

ценности и признанные способы поведения, объектированные и принятые в любых общностях, передаваемые другим общностям и последующим поколениям [8].

У Гегеля культура представляет собой реальность идеи [9].

Понятие ценности в социологию ввел Макс Вебер. Во время анализа действия он исходил из того, что каждый человеческий акт осмысливается по отношению к ценностям.

В структурном функционализме Парсонса ценности рассматриваются как высшие принципы, на основе которых обеспечивается взаимосогласие (консенсус).

По сравнению с другими компонентами культуры, ценности, как правило, рассматриваются как более фундаментальные ментальные образования, как «абстрактные идеалы… не связанные с конкретным объектом или ситуацией, как своего рода представления человека об идеальных моделях поведения и идеальных конечных целях» [10]. Таким образом, ценности — это оценки идеального объекта в терминах «хорошо» и «плохо», это — представления о том, что желательно и необходимо.

Субъективная сторона продукта проявляется в его способности удовлетворить ту или иную потребность людей. Эта способность, т.е. полезность продукта, делает его потребительной ценностью, благом для человека, вне зависимости от того, как и какую потребность он удовлетворяет [11], — отмечает К. Мегрелидзе.

Мир продуктов труда (или отдельные участки этого мира), помимо причинной необходимости, характерной для мира объектов, подчиняется и закономерности целесообразной, телеологической. Телеологическое должное, значимое свойство явления и есть его ценность. Она дается ценностному сознанию обычно вместе с ее

[244]

носителем, переживается как особое свойство предмета (реального или идеального, действительного или воображаемого).

«Ценность, — отмечает Н.З. Чавчавадзе, — есть всегда ценность для чего-либо и кого-либо… она не природно-реальный признак вещей… наличие ценности не зависит от фактического существования или несуществования ее носителя» [12].

В ценности всегда выражены обобщенные цели и средства их достижения. Они играют роль фундаментальных норм, которые обеспечивают интеграцию общества, помогают индивидам осуществлять социально одобряемый выбор своего поведения в жизненно значимых ситуациях, в том числе и выбор между конкретными целями рациональных действий. Ценности служат социальными индикаторами качества жизни, а система ценностей образует внутренний стержень культуры, духовную квинтэссенцию потребностей и интересов индивидов и социальных общностей. Система ценностей, в свою очередь, оказывает обратное влияние на социальные интересы и потребности, выступая одним из важнейших стимулов социального действия, поведения индивидов.

Ценности различают по их предметному содержанию (духовные и материальные; экономические, социальные, политические и т.п.), по роли в жизнедеятельности индивида (терминальные и инструментальные), по функциям в конкретной ситуации общества (интегрирующие и дифференцирующие) и по иным критерием. Чем универсальнее ценность, тем выше ее интегрирующая функция, а обособляющая ценность вызывает углубление социальной дифференциации. Но одна и та же ценность выполняет разные функции на различных стадиях развития общества и в различных социальных ситуациях.

Ценность связана с психическим бытием, с актом оценки, однако она не есть акт оценки, не выводится из него и не зависит от него. Ценность относительно независима от психического акта оценки, что говорит об ее объективном характере. Ценность воплощена в предмете. Она не трансцендентна по отношению к нашему миру

[245]

и не является абсолютно самостоятельной сущностью. Это отношение ценности к миру выражается в долженствовании.

В культуре каждой общности приняты определенные системы ценностей и соответствующая иерархия. Мир человеческих ценностей, затронутый бурными переменами, стал очень изменчив и противоречив. Кризис системы ценностей означает не их тотальное уничтожение, а изменение их внутренних структур. «Ценности культуры не погибли, — отмечал в сходной ситуации Хосе Ортега-и-Гассет, — однако они стали другими по своему рангу. В любой перспективе появление нового элемента влечет за собой перетасовку всех остальных элементов иерархии» [13].

Моральные ценности и нормы — очень важные явления в жизни индивида и общества. Именно через эти категории осуществляется регулирование жизни индивидов и общества. И ценности, и нормы «вплетены» в общество. Вместе с этим, соблюдение норм — не только их внешняя функция. В соответствии с групповыми нормами индивид рассматривает самого себя.

Сегодня ни одной страной и ни одним обществом социальные группы и индивиды не воспринимаются как замкнутые и самодостаточные феномены. Они включены во всеобщие взаимоотношения и взаимообусловленность.

Всеобщая взаимосвязь, взаимообусловленность и взаимоотношения являются закономерностью крайне сложных и противоречивых процессов глобализации.

Страны и народы всего мира существуют в условиях растущего взаимовлияния. Ускоренные темпы развития цивилизации и хода исторических процессов поставили вопрос о неизбежности глобальных взаимоотношений, об их углублении, укреплении и ликвидации изоляции стран и народов [14].

[246]

Изолированность от мира, замкнутость в собственных рамках была идеалом общества аграрного типа, — отмечает К. Манхейм, — «… для современного общества характерен тип человека, обладающего чертами Протея, вечно преступающего установленные границы и обретающего новый облик, всегда движимого прежде всего мотивами обновления и изменения» [15].

Последующие исторические процессы предопределили все большее сближение народов и стран. Подобные процессы охватывали все большее пространство и обусловливали общий исторический прогресс и новый этап интернационализации.

Сегодня же глобализация стала процессом строительства нового единства всего мира, ведущее направление которого и есть интенсивное распространение экономики, политики и культуры развитых стран во многообразном пространстве развивающихся и отсталых стран. Эти масштабные процессы происходят, по преимуществу, добровольно.

Глобализация — это всеобщий и многосторонний процесс культурной, идеологической и экономической интеграции государств, государственных объединений, национальных и этнических единств, что представляет собой сопутствующее явление современной цивилизации.

Всеобщие процессы глобализации вызывают необходимые и глубокие перемены в деле сближения и взаимосотрудничества народов и государств. За этим следует процесс сближения и унификации уровня жизни и его качества.

Мир объединяется с целью решения межгосударственных или локальных региональных проблем. Взаимосближению и интеграции сопутствуют процессы, которые могут оказаться опасными для самобытности малочисленных народов и национальностей. Здесь имеется в виду установление тех норм и стандартов, которые по сей день остаются проблемными для высокоразвитых стран. Грубая трансплантация норм и ценностей в общественный организм может оказаться губительной.

[247]

Культура, поскольку она является продуктом человеческой деятельности, не может существовать вне общности людей. Эти общности представляют собой субъект культуры, являются ее создателем и носителем. Нация создает и сохраняет свою культуру как символ реализации своего права. Нация, как культурная реальность, проявляет себя в разных сферах, каковыми являются обычай, направленность воли, ценностная ориентация, язык, письменность, искусство, поэзия, судопроизводство, религия и т.д. Свою высшую функцию нация должна видеть в существовании нации как таковой. Она вечно должна заботиться об упрочении суверенности государства.

Сохранение самобытности и ее укрепление, главным образом, зависит от активности внутренних сил и от выявления национальной внутренней энергии. Культура общности не является простой суммой культур отдельных личностей, она сверхиндивидуальна и представляет собой совокупность ценностей, творческих продуктов и стандартов поведения общности людей. Культура — единственная сила, формирующая человека как члена общности.

Диалектическое совмещение общечеловеческой и национальной ценности, умное использование взаимопроницаемых результатов этого — прочный гарант государственности.

Культура сохранения национальных особенностей становится богаче, если она взаимодействует со многими народами мира.

Личностная свобода, высокий уровень социальной сплоченности, социальная солидарность и др. — это и есть те терминальные ценности, которые обеспечивают жизнеспособность любых малых народов и реализуют национальные стремления и идеалы.

Глобализация выдвигает идеал «глобальной правовой государственности», что неизбежно ставит вопрос о расширении средств ограничения государственного суверенитета. Это является фундаментальной негативной тенденцией глобализации. В этих случаях слаборазвитые страны, имеющие исторически традиционную культуру, могут найти себе место только среди поставщиков сырья или стать рынком сбыта. Они могут остаться без собственной национальной экономики и без современных технологий.

[248]

Исторически Грузия всегда стремилась к западным ценностям. Илья Чавчавадзе в свое время призывал грузинский народ независимо от других определять свое настоящее и будущее, самому пройти путь своей жизни. Он постоянно призывал к пробуждению национального духа и национального самосознания.

Пробуждение национального самосознания, которое наблюдается в сегодняшней действительности, свидетельствует о неестественности процесса слияния наций, о несоответствии его природе человека.

Человек, в первую очередь, желает жить, а бытие подразумевает бытие определенным, индивидуальным образом, — отмечает З.М. Какабадзе, — если у человечества есть будущее, то лишь при условии, что оно в будущем откажется от идеи слияния и нивелирования, и тем самым определит путь своей будущей жизни, согласно которому его истинное и совершенное бытие, его «истинная» действительность найдет свое выражение не в одноликости, а в особенном и своеобразном сообществе наций [16].

Пока же некоторые мыслители обеспокоены будущим человечества в условиях усиленной цивилизации и глобализации. «Наш XX век был, может быть, самым драматичным в истории человечества с точки зрения судеб людей, народов, идей, социальных систем и цивилизации, — отмечает А.А. Зиновьев, —… Это был, может быть, последний человеческий век» [17].

Ответов пока нет
Рекомендуем личную консультацию

Роман

Слушатель! И птица говорун! Выслушаю молча любого человека в любых формулировках . ) . Как собеседник - не стандартный, интересный. Оплата тогда, когда есть желание и возможность, и было бы за что! Справедливость, правда, трезвость во всём, здоровье Узнать подробнее
Посмотреть всех экспертов из раздела Учеба и наука > Философия
Пользуйтесь нашим приложением Доступно на Google Play Загрузите в App Store